В каком году написана молитва лермонтова

Детальное описание из нескольких источников: «в каком году написана молитва лермонтова» - в нашем некоммерческом еженедельном религиозном журнале.

Стихотворение Лермонтова «Молитва» (вариант 2)

Стихотворение Лермонтова, написанное уже в конце творческого пути в 1839 году, названо «Молитва». Может показаться странным такое название: молитва – это проникновенное обращение к Богу верующего человека, это веками освященная традиция христианства. Молитвы, которые читают верующие люди в церкви и дома, создавали в древности христианские подвижники, признанные потом святыми людьми, отцами церкви. Конечно, каждый верующий человек может обратиться с молитвой к Богу, найдя в своем сердце, в своей душе нужные слова – но такие слова не произносятся перед другими людьми, а тем более не появляются в печати.

Но в литературе все же есть примеры того, как молитва становится определением особого жанра стихотворения, сохраняющего основные черты православной молитвы. Обычно такие стихотворения принадлежат перу глубоко верующих поэтов, таких, как И. С. Никитин, А. К. Толстой, К. Р. (Константин Романов). Но можно ли отнести Лермонтова к таким поэтам?

На первый взгляд, эта мысль выглядит абсурдной. Ведь с именем Лермонтова тесно связан демонический мотив в поэзии, над поэмой «Демон» он работал почти всю свою жизнь: начата она была в 1829 году, а последний вариант закончен лишь в 1839 году – и это восьмая редакция! В лермонтовской лирике много стихов, посвященных демону и связанных с этим образом. Можно сказать, что поэт всю жизнь прожил под страшным взором этого мрачного духа зла. О демонизме самого Лермонтова говорили многие его современники, именно таким «падшим ангелом» считал его Вл. Соловьев. Вполне вероятно, что во всех этих высказываниях есть некоторое преувеличение, доля художественной фантазии. Но совершенно очевидно, что русский романтик Лермонтов в этом отношении продолжает традиции западноевропейского романтизма, прежде всего Байрона, для которого богоборческий и демонический мотивы были очень характерны.

Как он, гонимый миром странник,

Не эта ли «русская душа» вдохновила Лермонтова на создание такого проникновенного стихотворения, как «Молитва» 1839 года? Не она ли наполнила его той неповторимой щемящей и в то же время умиротворяющей интонацией, которая так сродни подлинной молитве русского человека? Слова его, подобно молитве в русской церкви, льются из самого сердца поэта и звучат, как песнопение:

В минуту жизни трудную

Теснится ль в сердце грусть:

«Грусть», доказывает в ней, что по своей ритмике, общему интонационному рисунку поздняя лирика Лермонтова действительно приближается к народной первооснове. Ее ведущий тон Ключевский называет «грусть-тоска» и видит в Лермонтове основоположника того нового мироощущения, отраженного в поэзии, которое совместило в себе романтические и народно-православные основы.

«И гордый демон не отстанет, пока живу я, от меня» – так думал юный поэт. Но прошло время, и в 1839 году Лермонтов с ним «разделался – стихами». Теперь он свободен и открыт для «святой прелести» «слов живых». Это очень важные для понимания общего смысла стихотворения эпитеты. Ведь слово, освещенное «силой благодатной», обладает удивительными возможностями: как капля дождя в пустыне оживляет росток, оно, падая даже в самую черствую, омертвевшую душу, возрождает ее, приносит ей успокоение, снимает тяжкое бремя сомнений:

И верится, и плачется,

Эту удивительную легкость души, очищенной слезами покаяния, Лермонтов смог постичь только в конце своего жизненного пути. Что мешало ему? Демон сомнения – он теперь отринут: «С души как бремя катится / Сомненье далеко. ». Грусть, которая раньше была сродни отчаянию, потому что поэт не верил в возможность существования благодати в мире? Да, и это было. И тогда совсем другие звуки были в его «Молитве» 1829 года:

Не обвиняй меня, Всесильный,

И не карай меня, молю,

Живых речей твоих струя,

За то, что мир земной мне тесен,

Я, Боже, не тебе молюсь.

То действительно были «грешные песни», но поэту было дано сказать и иное слово, обращенное в «Молитве» 1837 года к «теплой заступнице мира холодного». Это слово пока еще не о себе, «не о спасении, не перед битвою, / Не с благодарностью иль покаянием». За свою «душу пустынную» поэт еще страшится произнести слова мольбы, обращенной к Богу, но он просит Богоматерь быть небесной покровительницей «девы невинной». Как это уже похоже на веру русского народа, «за други своя» страдающего и молящегося. И как точно угадано Лермонтовым то, что всегда жило в душе русского народа: заступничество в «минуту жизни трудную» надо искать у той, которая понимает все человеческие страдания – у Божией Матери.

А к кому обращена «Молитва» 1839 года? Лермонтов не говорит об этом, мы не знаем, что это за «молитва чудная», о чем она. Да и не так важно, чтобы это услышали мы, – ведь поэт обращает молитву к Небесам, где он уже обрел способность «видеть Бога». Главное, чтобы мы услышали «благодатную силу», «созвучье» этих «слов живых», прониклись ими, как сам поэт, почувствовали, пусть и непонятную, но «святую прелесть» этих звуков. И тогда для нас тоже откроется то удивительное состояние, которое так точно выразил поэт:

Молитвы М. Ю. Лермонтова

Наследие автора до сих пор находится под пристальным вниманием многих любителей поэзии, как, наверное, образец лирики с печатью светлой и легкой, практически воздушной печали, наполненной переживаниями юного поэта о различных проблемах человеческой души. Чаще всего, конечно, об одиночестве и изгнанничестве, о неразделенной любви, о Родине и проч.

Не стоит, однако, забывать и о стихотворениях М.Ю. Лермонтова, принадлежащих к разделу духовной лирики. Такими текстами являются, например, три произведения с одинаковым названием – «Молитва» (1829, 1837, 1839).

Казалось бы, что эти стихотворения должны иметь в себе что-то общее, объединяющее их (кроме, естественно, заглавия), но я считаю, что эти тексты – это показатель динамического роста поэтической души, её непрерывного развития, продолжавшегося на протяжении десяти лет, с 1829 по 1839 годы.

Мировоззренческие взгляды Михаила Юрьевича Лермонтова меняются, потому и меняются и темы его размышлений, темы его стихотворений. Душа поэта стремится к новым высотам, для неё открываются новые, ранее не изведанные и не принятые им горизонты, а мир вокруг наполняется ощущением сладкой надежды, которая, по Лермонтову, отчего-то быстро рушится и исчезает, оставляя лирического героя его стихотворений у разбитого корыта жизни, где никто не способен ему помочь.

В таких ситуациях особенно остро чувствуется подступающее к горлу вековое одиночество, неумолимо сжимающее человека в своих железных тисках, и стихотворения поэта отражают это угнетенное состояние одинокого странника, отягченного бременем вечного скитания и непонимания среди себе подобных.

Молодой пятнадцатилетний поэт, ощущающий свою вину в неповиновении Божьим заветам, в нарушении Его заповедей, в порыве страстного желания выговориться и облегчить свою мятежную непризнанную душу сразу раскрывает все свои карты, стараясь ничего не скрывать:

И не карай меня, молю,

За то, что мрак земли могильный

С ее страстями я люблю;

В этой его молитве нет того смирения перед Богом, что свойственно многим молитвам (прежде всего, как жанру религиозной литературы).

Лермонтовская «Молитва» – это горячий и импульсивный вызов Богу, воззвание молодого поэта к Высшему Судие, это признание оголтелого мятежника и смелого песнопевца, предпочитающего земные страсти небесным благам, дарованным человеку.

Поэт еще не готов отказаться от того мира, в котором он находится сейчас, от той яркости и блеска витрин и балов, однако он уже прекрасно понимает тесноту того островка, на котором бродят его заблудший ум и помертвевшее сердце.

Но Лермонтов не готов поменять его на спокойную богобоязненную жизнь, исполненную смирением и кротостью. Нет, для него жизнь – это поток страстей, это борьба и мятеж, это бесконечные «дикие волненья», наполняющие его душу.

В какой-то степени, мир Лермонтова, как и мир Джорджа Байрона, – это сочетание демонического и божественного начал, это их вечная борьба и одновременное нахождение рядом (в 1829 году Лермонтов начинает работать над своим «Демоном», работа продолжается вплоть до 1839 года). И, по словам самого Лермонтова, «…этот демон живет во мне, пока живу и я…», пока поэт не расправится с ним вполне чудным и понятным способом – своими стихами.

Не за свою молю душу пустынную,

За душу странника в мире безродного;

Но я вручить хочу деву невинную

Теплой заступнице мира холодного.

За ту, которая вряд ли когда-нибудь будет с ним рядом, однако образ её благороден и еще способен возродить в поэте угасшие любовные чувства, способен всколыхнуть увядающее и окаменевшее сердце, уставшее от жизни, изгнания, одиночества и непонимания.

Стихотворение это, по-видимому, было обращено к Варваре Александровне Лопухиной, которую до конца жизни любил поэт, однако семья девушки была против её брака с Лермонтовым. Любовь, которая так неожиданно появилась, сохранилась в сердце Лермонтова до самых последних годов его жизни.

В своей «Молитве» Лермонтов обращается уже не к Христу, как это обычно было принято, а к Богородице, к Божьей Матери, которая является заступником всего человечества перед лицом Её Сына.

Лермонтов, терзаемый демоническими мыслями, еще страшится просить за себя, но всю свою любовь, всю свою веру он вкладывает в образ единственной Прекрасной Дамы, за которую и молит Божию Матерь. Свою персону он даже не осмеливается поставить в один ряд с «девой невинной», ведь он только «безродный странник с пустынною душой».

Его молитва – это молитва истинно любящего человека, который желает только счастья объекту своей любви, который, ради её свободы, не собирается сковывать её в своих объятиях. Несмотря на взаимную любовь, сердцам двух возлюбленных так и не суждено быть вместе, и Лермонтов, исполненный самым высоким чувством, вручает девушку в руки Божьей Матери с надеждой на её заступничество и защиту.

В этой молитве поэтом движет не желание самооправдаться, не стремление выложить про себя все непотребное, за что потом можно было бы себя казнить, а неизбывное, сильное и вечное чувство любви.

По свидетельствам современников, М.А. Щербатова велела молиться поэту, когда у него на душе тоска. Лермонтов пообещал обязательно выполнить завет своей возлюбленной и в 1839 году написал стихотворение «Молитва» («В минуту жизни трудную…»).

В отличие от двух предыдущих текстов, как мне кажется, эта «Молитва» проникнута именно той светлой грустью и печалью, однако в ней проблескивает яркий свет надежды, которая не угасает как обычно, а продолжает освещать темные демонические дебри души Лермонтова. Для поэта уже исчезают все сомнения, он словно очищается от всего бремени, которое тяготило его всю жизнь, он освобождается от внутренних оков, обретая душевную свободы, дороже которой нет ничего:

И верится, и плачется

И так легко, легко…

Отягченная раздумьями, привязанная к земным страстям душа поэта наконец-то вырывается из этого порочного круга, возвращаясь хоть и на минуту, но к Творцу.

В этой «Молитве» выражена та самая легкость, присущая некоторым стихотворениям Лермонтова: в ней нет пространных и тяжелых размышлений молодого человека об одиночестве и изгнании.

Нет, она наполнена потрясающей духовной энергетикой, способной растопить душу любого, способной оживить любого живого мертвеца, чье сердце и ум уже давно отказались чувствовать.

Если в первой «Молитве» (1829) поэт выступает самооправдывающимся мятежником, неспособным к смирению и кротости, готовым жить ради своей собственной правды, которая кардинально отличается от Божьих заветов, то его последняя «Молитва» (1839) – это тончайший образец духовной лирики, в котором каждое слово дышит «непонятной святой прелестью», полной легкости и смирения.

А «Молитва» 1837 года выступает неким переходным этапом между этими двумя полярными полюсами поэтической души, в которой постепенно начинают возрождаться высокие чувства, такие как любовь.

«Молитвы» Лермонтова – это образец разительного и стремительного становления поэтической души от истока до вершины, от самооправдания и мятежа до безграничной любви и легкости.

«Молитва (Я, матерь божия, ныне с молитвою…)» М.Лермонтов

Я, матерь божия, ныне с молитвою

Пред твоим образом, ярким сиянием,

Не о спасении, не перед битвою,

Не с благодарностью иль покаянием,

Не за свою молю душу пустынную,

За душу странника в мире безродного;

Но я вручить хочу деву невинную

Теплой заступнице мира холодного.

Окружи счастием душу достойную;

Дай ей сопутников, полных внимания,

Молодость светлую, старость покойную,

Сердцу незлобному мир упования.

Срок ли приблизится часу прощальному

В утро ли шумное, в ночь ли безгласную —

Ты восприять пошли к ложу печальному

Лучшего ангела душу прекрасную.

Анализ стихотворения Лермонтова «Молитва»

Стихотворение «Молитва», написанное в 1839 году, относится к позднему периоду творчества Михаила Лермонтова. Автору всего 25 лет, однако он уже успел побывать в ссылке и переосмыслить собственную жизнь, в которой ему попеременно доводилось играть роль светского льва и дебошира.

Вернувшись с Кавказа в чине корнета лейб-гвардии, поэт осознал, что не в состоянии что-либо изменить в мире, который его окружает. И чувство собственного бессилия заставило его обратиться к Богу, которого, несмотря на классическое религиозное воспитание, Михаил Лермонтов никогда не воспринимал всерьез.

Современники поэта и, в частности, Виссарион Белинский, отмечают, что бурная и деятельная натура Михаила Лермонтова очень часто заставляя его сперва совершать поступки, а после их осмыслять. Бунтарь по жизни, он даже не пытался скрывать свои политические взгляды. Однако несколько месяцев, проведенных на Кавказе, произвели на поэта неизгладимое впечатление. Он был не только поражен восточной мудростью, но и проникся идеями некоего высшего начала, которому подчиняется судьба каждого человека. Оставаясь по-прежнему бунтарем, Михаил Лермонтов, по-видимому, решил для себя, что попытки доказать окружающим их глупость и никчемность – совсем не та миссия, которая предначертана ему свыше. По возвращении в Москву он снова блистает на светских раутах и даже испытывает некоторое удовольствие от внимания к своей персоне со стороны представительниц слабого пола, которых прельщает его слава героя, бунтаря и сорвиголовы. Однако из всех барышень Михаил Лермонтов выделяет юную Марию Щербакову, которая однажды заявляет ему, что только молитва, обращенная к Богу, дает душевное равновесие и помогает в самые трудные минуты жизни.

Конечно, было бы весьма наивно полагать, что человек с задатками атеиста пойдет в храм или же сделает «Псалтырь» своей настольной книгой. Тем не менее, Михаил Лермонтов нашел в словах юной особы некую истину, которая была недоступна его пониманию. И – написал собственную «Молитву», которая стала одним из наиболее светлых и лирических произведений поэта.

В этом стихотворении нет слов, обращенных к Богу, нет просьб, самобичевания и покаяния. Однако поэт признает, что обычные слова могут обладать целебной силой, очищая душу от скорби, тоски и тяжкого бремени, вызванного осознанием собственного бессилия. Но, самое главное, что Михаил Лермонтов действительно следует совету Марии Щербаковой и начинает молиться тогда, когда ощущает себя в ловушке собственных мыслей и переживании. Не менее страшным врагом поэта являются сомнения, которые, впрочем, свойственны всем молодым людям. Однако для Михаила Лермонтова они являются чем-то вроде наказания, так как ставят под сомнение не только образ жизни поэта, но и его цели, желания и стремления. Что, если увлечение литературой является пустым самообманом, а светлые идеалы, отождествляющие равноправие и взаимное уважение людей – лишь вымысел, порожденный богатым воображением? Но ведь есть Пушкин и Вяземский, Белинский и Краевский, которые придерживались подобных мировоззрений. И тогда, чтобы развеять сомнения и найти духовную опору Лермонтов начинает молиться, горячо, со слезами и с чувством раскаянья за то, что допускает даже мысль о том, что его судьба может быть другой.

Стихотворение «Молитва» — это, в какой-то степени, попытка смириться с тем путем, который предначертан поэту. Но, в то же время, это укрепление его веры в собственные силы и, что не исключено, предчувствие скорой гибели. Это – покаяние в стихах, смысл которого заключается в борьбе с собственными слабостями, которые вынуждают Лермонтова постоянно скрывать под маской благопристойности свои истинные чувства и мысли.

М.Ю.Лермонтов. Молитва.

Есть в творческом наследии М.Ю.Лермонтова три стихотворения с одинаковым названием – «Молитва». Обычно молитвой называют проникновенное обращение человека к Богу. Это веками освященная традиция христианства. Молитвы, которые читают верующие люди в церкви и дома, создавали в древности христианские подвижники, признанные потом святыми людьми, отцами церкви. Конечно, каждый человек может обратиться с молитвой к Богу, найдя в своем сердце, в своей душе нужные слова, которые не произносятся перед другими людьми, а тем более не появляются в печати. Но в литературе известны примеры того, как молитва становится особым жанром поэзии, сохраняющим основные черты православной молитвы. Обычно такие стихотворения принадлежат перу глубоко верующих поэтов, таких, как И.С. Никитин, А.К. Толстой, К. Р. (Константин Романов). По свидетельству современников Михаил Юрьевич не относился к их числу. И все же написал он стихи-молитвы, посвятив их разным людям.

А.И.Клюндер. Портрет М.Ю.Лермонтова. 1838.

Первое из них и наименее известное написано в 1829 году, когда Лермонтову было всего 15 лет. И, пожалуй, стоит отметить, что при жизни поэта оно не было напечатано.

И не карай меня, молю,

За то, что мрак земли могильный

С ее страстями я люблю;

За то, что редко в душу входит

Живых речей твоих струя,

За то, что в заблужденье бродит

Мой ум далеко от тебя;

За то, что лава вдохновенья

Клокочет на груди моей;

За то, что дикие волненья

Мрачат стекло моих очей;

За то, что мир земной мне тесен,

К тебе ж проникнуть я боюсь,

И часто звуком грешных песен

Я, боже, не тебе молюсь.

Преобрати мне сердце в камень,

Останови голодный взор;

От страшной жажды песнопенья

Пускай, творец, освобожусь,

Тогда на тесный путь спасенья

К тебе я снова обращусь.

Лопухина В.А. (в замужестве Бахметева). Акварель М. Ю. Лермонтова. 1835—1838 годы.

Пред твоим образом, ярким сиянием,

Не о спасении, не перед битвою,

Не с благодарностью иль покаянием,

Не за свою молю душу пустынную,

За душу странника в свете безродного;

Но я вручить хочу деву невинную

Теплой заступнице мира холодного.

Окружи счастием душу достойную;

Дай ей сопутников, полных внимания,

Молодость светлую, старость покойную,

Сердцу незлобному мир упования.

Срок ли приблизится часу прощальному

В утро ли шумное, в ночь ли безгласную,

Ты восприять пошли к ложу печальному

Лучшего ангела душу прекрасную.

1. Слова. Михаил Юрьевич Лермонтов (1814—1841);

2. Музыка. Александр Егорович Варламов (1801—1848);

3. Живопись. Василий Григорьевич Перов (1833—1882); показаны 12 его картин.

4. Исполнение. Олег Евгеньевич Погудин.

Шертле. Литография М.А.Щербатовой.

Теснится ль в сердце грусть;

Одну молитву чудную

Твержу я наизусть.

В созвучьи слов живых

И дышит непонятная,

Святая прелесть в них.

И верится, и плачется,

И так легко, легко.

Понравилось: 10 пользователям

  • 10 Запись понравилась
  • 0 Процитировали
  • 0 Сохранили
    • 0Добавить в цитатник
    • 0Сохранить в ссылки

    ХОРОШЕГО ТЕБЕ НАСТРОЕНИЯ, ДОРОГОЙ .

    А третья, в таком изумительном исполнении, так прекрасна. Не похожа на его творчество. Спасибо, как интересно!

Оценка 4.1 проголосовавших: 11
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here