Да исправится молитва моя что это значит

Детальное описание из нескольких источников: «да исправится молитва моя что это значит» - в нашем некоммерческом еженедельном религиозном журнале.

Да исправится молитва моя

Только в дни Великого Поста в православных храмах совершается особое богослужение называемое Литургией Преждеосвященных Даров. Есть молитва, которая в эти великопостные дни поётся так, как не поётся в другое время года. Обычным порядком она поётся на каждой вечерне – как на будничной, так и на праздничной, в течение всего года; эта молитва знакома всем верующим и начинается она словами:

“Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою…”

За литургией Преждеосвященных Даров эта молитва, после того, как она пропета обычным порядком, несколько позднее снова, многократно, поётся, перемежаясь с пением стихов, взятых также из псалтири.

Послушайте как возносит эту молитву наместник Свято-Михайло-Афонского монастыря игумен Герасим в алтаре Свято-Троицкого храма пред Святым Престолом.

Игумен Герасим. Да исправится молитва моя

Пояснения митрополита Филарета (Вознесенского) к этой молитве

“Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою…”

Слова “да исправится” здесь не значит “пусть будет исправлена, поправлена” – нет. Они употребляются в том смысле, как, например, говорится про человека, что “он исправляет свои обязанности, свою должность”; это не значит, что он что-то поправляет, а говорится в том значении, что он выполняет свои обязанности исправно – регулярно, твердо, обычным заведенным порядком. Так и тут. Мы молимся “да исправится молитва моя, яко кадило пред тобою” – т.е. пусть выполняется, пусть совершается молитва моя, яко кадило пред Тобою.

Какое понятное и красивое сравнение: всякий знает, как поднимается из кадила кверху благоухающий ароматом кадильный дым. Вот так должна возноситься молитва христианина: “горе”, к Престолу Божию.

Но, к сожалению, молитвы наши часто не возносятся “горе” к Богу, – а стелятся по земле, в нашем равнодушии, нашей холодности. А потому и молимся мы о том, чтобы молитва наша возносилась к Богу как благоуханный дым из кадила.

“Яко кадило пред Тобою, воздеяние руку моею…”

В древности часто молились, воздевая – поднимая руки кверху, указывая на стремление души человеческой “горе”, к Престолу Всемогущего Господа; так и теперь в некоторые моменты во время молитв, как вы знаете, священнослужители молятся, воздевая руки вверх.

Слова “жертва вечерняя” – указывают на то, что молитва поется за вечерним богослужением.

Дальше поются слова, которые понятны.

“Господи, воззвах к Тебе, услыши мя: вонми (т.е. внимай) гласу моления моего, внегда воззвати ми к Тебе (внимай, когда я буду взывать к Тебе, услыши меня) услыши мя, Господи”.

И затем идут слова из псалмов, которые поются на литургии Преждеосвященных Даров:

“Положи, Господи, хранение устам моим и дверь ограждения о устнах моих”.

О чем мы тут молимся?

В молитве Ефрема Сирина, столь часто повторяемой за великопостным богослужением, мы молимся, чтобы Господь устранил от нас духа празднословия, чтобы были связаны грехи языка, и вот опять, напоминая нам об этом, Церковь молится за каждого из нас, чтобы Господь Сам положил хранение устам нашим и дверь ограждения о устнах наших – ибо так важно беречься от грехов языка. И отсюда мы одновременно видим, что только Господь может положить это “хранение” на наши уста.

Как нелегко человеку воздержаться от грехов языка, как трудно бороться ему с этим грехом без помощи Божией, – нам разъясняет св. Отцы Церкви. Пока человек не начал борьбы с каким-либо грехом, он не понимает, насколько крепко этот грех держит его в своих когтях, а как только начнет борьбу с этим грехом – так сейчас же чувствует, что он – во власти этого греха, и что без помощи Божией ему нечего и думать о том, чтобы этот грех победить.

Вот что говорят о грехах языка святые Божии угодники – люди, отдавшие всю свою жизнь подвигу, постоянно себя строго контролирующие, постоянно себя очищавшие.

Великий подвижник, наставник монахов, известный в древности своею мудростью – преподобный Пимен Великий, беседуя однажды со своими учениками, и читая Евангелие, прочитал им слова Спасителя:

“Глаголю вам, что за всякое слово праздное, какое скажут люди, они дадут ответ в день судный. Потому что, – пояснил Господь, – от слов своих оправдаешься, и от слов своих осужден будешь”.

Прочитав эти слова, Авва Пимен сказал ученикам:

“Чада мои, где уж нам оправдаться от наших слов; чтобы не быть осужденными, – будем лучше молчать”.

А другой подвижник – Агафон Великий, 3 года носил во рту камень, чтобы приучить себя молчать. Когда язык хотел что-нибудь сказать, – камень напоминал, что, быть может, лучше помолчать или, во всяком случае, сначала, как следует, подумать.

Авва Арсений Великий перед смертью так говорил своему ученику:

“Сын мой, скажу тебе, – сколько раз я каялся в том, что говорил, и ни разу не раскаялся в том, что промолчал”.

И преподобный Сисой Великий – подвижник, который силой своей молитвы воскрешал мертвых, так говорит своему ученику:

“Сын мой, вот уже 20 лет, как я ежедневно утром и вечером молюсь: “Господи Иисусе, защити меня от языка моего, я ничего с ним сделать не могу!”

Вот как держится этот грех за сердце человека. Вот потому и молится церковь:

“Положи, Господи, хранение устам моим и дверь ограждения о устнах моих”, чтобы не вылетала из них празднословная, лишняя, грешно осуждающая речь.

И дальше к этим словам добавляются слова, которые далеко не все понимают:

“Не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех”.

Имейте ввиду – прежде всего, что слово “вина” по-славянски имеет иное значение, нежели по-русски. По-славянски оно означает извинение, оправдание; “непщевать” — значит придумывать, изобретать.

Поэтому, слова “не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех” – означают: не уклони меня в такое лукавство (когда я буду каяться), – не допусти, чтобы я стал придумывать, изобретать оправдания своим грехам…

А как часто бывает, что человек говеющий и пришедший уже на исповедь пред Крестом и Евангелием, себя духовно обкрадывает, лишая себя истинного покаяния. Вместо того, чтобы истинным, искренним покаянием заслужить у Господа бесконечную милость, – он сам себя начинает оправдывать. Говоря о каком-либо грехе, он непременно придумывает смягчающие мотивы, стараясь как бы оправдать себя.

И это, к сожалению, бывает очень часто.

А святые угодники учили: не оправдывай себя сам, а то от Господа оправдания не получишь. Так вот, нужно бояться того, чтобы не придумывать оправдания своим грехам.

А то бывает такое впечатление, что человек на исповедь пришел, но боится, чтобы батюшка не счёл его уж очень большим грешником, и поэтому исповедуется с опаской, как бы о себе слишком много не наговорить, не сознавая того, что этим он отнимает всякую цену у своей исповеди и у своего покаяния.

Мало этого. Бывает, к сожалению и так, что человек на исповеди сознательно утаивает грехи.

Такой человек лучше бы на исповедь не ходил; пусть он запомнит, что, в случае, если человек идет на исповедь с намерением хоть один грех на исповеди скрыть, утаить, – то он ни в одном грехе прощения не получит, и прибавит ко всему этому ещё один, но более худший грех.

Великий знаток жизни и человеческого сердца Блаженный Митрополит Антоний грозно предупреждал:

“лгущие на исповеди обыкновенно кончают свою жизнь самоубийством”.

Поэтому берегитесь утаивать грехи, ибо, по указанию Владыки Антония, многие и многие случаи из так называемых “неразгаданных” самоубийств тем духовно и объясняются, что человек солгал на исповеди, надругался над благодатью Св. Духа, Всеведущего Бога пытался обмануть, и этим самым вверг себя в бездну погибели и окончил жизнь самоубийством – страшным Иудиным грехом. Будем помнить это, возлюбленные. Аминь.

Толкование на сто пятьдесят псалмов

«Псалом Давиду». И сей псалом заключает в себе одну мысль с предыдущим. Гонимый Саулом умоляет Бога.

Пс.140:1 . Господи! к тебе взываю: поспеши ко мне, внемли голосу моления моего, когда взываю к Тебе.

«Господи, воззвах к Тебе, услыши Мя» . Воззванием называет Пророк ревность души. Так и молчавшему Моисею Бог сказал: «что вопиеши ко Мне» ( Исх. 14. 15 ).

«Вонми гласу моления моего, внегда воззвати ми к Тебе». С благоволением, говорит Пророк, приими моление мое, Владыка.

Пс.140:2 . Да направится молитва моя, как фимиам, пред лице Твое, воздеяние рук моих – как жертва вечерняя.

«Да исправится молитва моя яко кадило пред Тобою: воздеяние руку моею, жертва вечерняя» . С молитвою соединил Пророк упражнение в добродетели. Ибо сие означает «воздеяние рук» ; потому что руки даны нам на делание. Пророк умоляет, чтобы молитва возносилась, подобно курению фимиама, и была также благоуханна, а равно и распростертие рук уподоблялось жертве вечерней. Упомянул же о жертве вечерней, а не утренней, потому, что находился в бедствиях и скорбях, а бедствие подобно тме и ночи.

Пс.140:3 . Положи, Господи, охрану устам моим, и огради двери уст моих.

«Положи Господи хранение устом моим, и дверь ограждения о устнах моих» . Создатель дал языку две ограды, ограду зубов и ограду устен, удерживая сим неразумныя его стремления. Впрочем Пророк испрашивает другаго хранения, чтобы в негодовании не сказать чего нибудь неприличнаго. А что, гонимый Саулом, не позволял он себе сказать иногда что-либо хульное, свидетельствует об этом история. Когда другие покушались убить Саула, Давид именовал его «христом Господним» , и обращая к нему речь, называл себя рабом его; возвестившаго же об убиении Саула и хвалившагося, что им совершено убийство, предал смерти, сказав: «кровь твоя на главе твоей» , потому что сказал ты: «аз убих христа Господня» ( 2Цар. 1, 16 ).

Пс.140:4 . Не дай уклониться сердцу моему к словам лукавым для извинения дел греховных вместе с людьми, делающими беззаконие, и да не вкушу я от сластей их.

«Не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех» . Умоляет о хранении не только языка, но и самых движений мысли, чтобы не нашлось в них инаго какого помысла, противнаго божественным законам. Вместо сего: «непщевати вины о гресех» , Симмах сказал: противузаконныя мысли. И по переводу Седмидесяти разуметь сие должно так: блаженный Давид мог разсуждать: Саул мне враг и неприятель, желает убить меня; поэтому, нет несправедливости умертвить такого человека, потому что и закон повелевает: «возлюбиши искренняго твоего и возненавидиши врага твоего» ( Матф. 5, 43 ). Но, провидя евангельский образ жизни, возжелал он жить по оному, и молится, чтобы не встречать никакого повода ко греху.

«С человеки делающими беззаконие: и не сочтуся со избранными их». Так поступают, говорит Пророк, делатели беззакония; а у меня да не будет никакого общения с ними, если они и на верху благополучия. Ибо «избранными» , называет здесь людей лукавых и благоденствующих.

Пс.140:5 . Пусть наказывает меня праведник: это милость; пусть обличает меня: это лучший елей, который не повредит голове моей; но мольбы мои – против злодейств их.

«Накажет мя праведник милостию и обличит мя, елей же грешнаго да не намастит главы моея» . Предпочтительнее для меня, говорит Пророк, когда праведные для вразумления и пользы огорчают, нежели когда предлагают приятное люди грешные, хотя бы это, подобно елею, делающему главу светлою, и доставляло мне радости в жизни. Лучше желаю быть вразумлен праведными, нежели пользоваться услугами грешных.

«Яко еще и молитва моя во благоволении их». Симмах перевел сие так: еще и молитва моя не простирается далее злобы их. Столько далек от желания себе благоденствия их, что и им желаю перемениться, чтобы с переменою благополучия изменились и сами они, отложив злобу свою.

Пс.140:6 . Вожди их рассыпались по утесам и слышат слова мои, что они кротки.

«Пожерты быша при камени судии их» . В непродолжительном времени, говорит Пророк, сделаются они ничтожными, и обольщенные высотою владычества, подобно скалам в море сокрытым под водами, будут потоплены в глубине, то есть, преданы забвению.

«Услышатся глаголи мои, яко усладишася». Дознав же опытом истину слов моих, ощутят их приятность и пользу.

Пс.140:7 . Как будто землю рассекают и дробят нас; сыплются кости наши в челюсти преисподней.

«Яко толща земли проседеся на земли, расточишася кости их при аде. Толщею земли» , Пророк называет непрерывную связность земли, которая, будучи разрезана плугом, делится на глыбы. Подобно сим глыбам, говорит он, и те, которые стоят ныне твердо, сокрушены будут смертию, и кости их разсыплются во гробах. Ибо сим «при аде» назвал гробы.

Пс.140:8 . Но к Тебе, Господи, Господи, очи мои; на Тебя уповаю, не отринь души моей!

«Яко к Тебе, Господи, Господи, очи мои: на Тя уповах, не отъими душу мою» . Не полагаюсь ни на что человеческое, но ожидаю Твоей помощи, и умоляю не лишить ея душу мою.

Пс.140:9 . Сохрани меня от силков, поставленных для меня, от тенет беззаконников.

«Сохрани мя от сети, юже составиша ми, и оть соблазн делающих беззаконие» . О сих сетях и соблазнах упоминал Пророк и в предыдущем псалме. «Сетями» же и «соблазнами» называет злоумышления, от которых и умоляет избавить его.

Пс.140:10 . Падут нечестивые в сети свои, а я перейду.

«Падут во мрежу» , то есть, Божию, «грешницы» . Раставлявшие сети другим, как бы некою мрежею, объяты будут Божиим наказанием, потерпят, что сами делают, и впадут в уготованное ими другим.

«Един есмь аз, дондеже прейду». А я буду всегда далек от этого, пока не прииму конца жизни.

Источник: Псалтирь с объяснением каждого стиха блаженного Феодорита, епископа Кирского

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

Толкования Священного Писания

Содержание

Толкования на Пс. 140:2

Свт. Афанасий Великий

Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою. Помышления уподобляет благовонным курениям, потому что они тонки и приносятся Богу единым умом. Воздеяние руку моею, жертва вечерняя. А дела, представляемые под образом рук, уподобляет жертве, потому что они имеют как бы более доблести в сравнении с мысленными приношениями. Говорит же: жертва вечерняя, потому что в добрых делах упражняться должно до конца.

Блж. Феодорит Кирский

«Да исправится молитва моя яко кадило пред Тобою: воздеяние руку моею, жертва вечерняя». С молитвою соединил Пророк упражнение в добродетели. Ибо сие означает «воздеяние рук»; потому что руки даны нам на делание. Пророк умоляет, чтобы молитва возносилась, подобно курению фимиама, и была также благоуханна, а равно и распростертие рук уподоблялось жертве вечерней. Упомянул же о жертве вечерней, а не утренней, потому, что находился в бедствиях и скорбях, а бедствие подобно тме и ночи.

Евфимий Зигабен

Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою, воздеяние руку моею жертва вечерняя!

Два жертвенника были в древнем Божием храме, по изъяснению Златоуста, один золотой, а другой медный; и золотой был назначен для курения фимиама (кадила), а медный был определен для других жертв. Кадило приготовлялось из многоценного и чистого вещества по учреждении закона, почему и было благоприятно пред Богом, когда воскурялось, как по сей причине, так и по той, что предызображало богослужение новое, благодатное, евангельское. Посему Давид просит так: да исправится и благоприятна Тебе, Господи, да будет молитва моя, как чистое оное, благовоннейшее, в законе производимое Тебе курение кадила, при возжжении сердца моего огнем сильного желания любви, как возжигается огнище златого жертвенника и издает благовоние фимиама. И сего о кадиле довольно. А касательно жертвы вечерней заметим, что священникам было поставлено в обязанность непрерывно каждый день приносить в жертву двух агнцев, т. е. баранов, одного поутру, а другого вечером, хотя бы и никто из евреев не приносил другой жертвы; почему и сии жертвы, состоявшие из двух овечьих плодов, назывались жертвами непрестанными, потому что непрестанно, или непрерывно были приносимы. Сии вещи, говорит Писание, ты будешь приносить на алтарь: агнцев единолетних без пороков двух каждый день на алтарь, непрерывно, в жертву непрестанную; одного агнца будешь приносить утром, а другого агнца вечером, в жертву непрерывную в роды ваши (Исх. 29, 38). И сии жертвы из двух агнцев были всегда чисты и приятны Богу; потому что не были приносимы за грехи; тогда как другие жертвы, приносимые от народа не всегда были приятны и чисты, как многократно осквернявшиеся нечистою расположенностью приносителей их. Посему те две жертвы были дороже других, притом и из сих двух жертва приносимая вечером была важнее утренней; так как утренняя жертва оканчивалась вечернею, и вечерняя была исполнением вседневного священнодействия и, по замечанию Златоуста, заключала служение в церкви. Итак, Давид говорит: да исправится и да будет чистым и благоприятным Тебе, Господи, возношение рук моих во время молитвы, как благоприятна Тебе жертва вечерняя, а благоприятною молитва бывает тогда, когда как уста молящиеся чисты от мерзких слов, т. е. ругательств, злословий, осуждений и оговоров, так и молящееся сердце чисто от гнусных, богохульных и злых помыслов, и когда руки, воздеваемые во время молитвы к Богу чисты от любостяжания и хищения и всякого другого беззаконного действия.

Слова Евсевия: Молитва исправляющаяся и благоприятная есть молитва тех, которые просят истинных благ: ибо кто не так молится, того молитва отвергается, как потухнувшее кадило и рассеивается, как смрадное курение. Божественного Василия: Без сомнения Бог отвергает у Иcaии ветхозаконное курение, когда говорит: кадило — мерзость Мне. Ибо по истине гнусна та мысль, что будто Бог, любя удовольствие, доставляемое обонянием, установил сложный фимиам, отвратительно неразумение того, что благовонное курениe Господу есть совершаемое в теле душенным целомудрием освящение. Златоуста: Итак да будет кадило твое тело; и смотри, чтобы ты не наполнил сие кадило навозом; а таковы те, которые произносят гнусные и нечистые слова. Ибо как кадильница кроме огня и фимиама, не должна содержать в себе что либо нечистое, так и язык, кроме святыни и хвалы не должен износить никакого скверного слова. Таким же образом и руки должны быть кадильницею: ибо ты приносишь кадило не на медном и не на золотом алтаре, но в храме духовном, который дороже оного. То было бездушное вещество; а в тебе обитает Бог, и ты член Христов и тело честное (дорогое). Другой говорит: Давид к умственной молитве приложил и слова: воздеяние рук моих; ибо, говоря о мысленном, он должен был упомянуть и о деятельном, о действиях телесных. Евсевий: Сказал о вечерней молитве, а не oб утренней, по той причине, что совершаемые до последнего издыхания и до самой кончины жизни (которую означает вечер) добрые дела признаются Богом лучшими всякой жертвы. Феодорита: Упомянул о вечерней, а не об утренней, без сомнения, потому, что он находился в бедствиях и скорбях, а бедствие подобно тьме и ночи. Здесь заметь, что упражнения умственные уподобил фимиаму, как тончайшие и чистейшие, а занятия состоящие в действиях, как грубейшие, назвал жертвою.

Лопухин А.П.

Да исправится молитва моя яко кадило пред тобою: воздеяние руку моею, жертва вечерняя.

Псалом представляет молитву к Богу о спасении от врагов. Да будет моя молитва так же угодна Тебе, Господи, как угодна вечерняя жертва и фимиам, приносимые пред Тобою по закону Моисея. Давид, очевидно, находился вне Иерусалима, когда не мог приносить Богу узаконенной жертвы и место последней занимают теперь его устная молитва и воздеяние рук к Господу.

Да исправится молитва моя…

За литургией Преждеосвященных Даров эта молитва, после того, как она пропета обычным порядком, несколько позднее снова, многократно, поётся, перемежаясь с пением стихов, взятых также из псалтири. “Да исправится молитва моя, яко кадило пред Тобою…”

Слова “да исправится” здесь не значит “пусть будет исправлена, поправлена” – нет.

Они употребляются в том смысле, как, например, говорится про человека, что “он исправляет свои обязанности, свою должность”; это не значит, что он что-то поправляет, а говорится в том значении, что он выполняет свои обязанности исправно – регулярно, твердо, обычным заведенным порядком.

Мы молимся “да исправится молитва моя, яко кадило пред тобою” – т.е. пусть выполняется, пусть совершается молитва моя, яко кадило пред Тобою.

Какое понятное и красивое сравнение: всякий знает, как поднимается из кадила кверху благоухающий ароматом кадильный дым. Вот так должна возноситься молитва христианина: “горе”, к Престолу Божию.

Но, к сожалению, молитвы наши часто не возносятся “горе” к Богу, – а стелятся по земле, в нашем равнодушии, нашей холодности.

А потому и молимся мы о том, чтобы молитва наша возносилась к Богу как благоуханный дым из кадила.

В древности часто молились, воздевая – поднимая руки кверху, указывая на стремление души человеческой “горе”, к Престолу Всемогущего Господа; так и теперь в некоторые моменты во время молитв, как вы знаете, священнослужители молятся, воздевая руки вверх.

Слова “жертва вечерняя” – указывают на то, что молитва поется за вечерним богослужением.

“Господи, воззвах к Тебе, услыши мя: вонми (т.е. внимай) гласу моления моего,

внегда воззвати ми к Тебе – внимай, когда я буду взывать к Тебе, услыши мя, – услыши мя, Господи”.

“Положи, Господи, хранение устам моим и дверь ограждения о устнах моих”.

О чем мы тут молимся?

Помните, как вчера мы с вами говорили о том, как преп. Ефрем Сирин молился, чтобы Господь устранил от него духа празднословия, чтобы были связаны грехи языка, и вот опять, напоминая нам об этом, Церковь молится за каждого из нас, чтобы Господь Сам положил хранение устам нашим и дверь ограждения о устнах наших – ибо так важно беречься от грехов языка.

И отсюда мы одновременно видим, что только Господь может положить это “хранение” на наши уста.

Пока человек не начал борьбы с каким-либо грехом, он не понимает, насколько крепко этот грех держит его в своих когтях, а как только начнет борьбу с этим грехом – так сейчас же чувствует, что он – во власти этого греха, и что без помощи Божией ему нечего и думать о том, чтобы этот грех победить.

Великий подвижник, наставник монахов, известный в древности своею мудростью – преп. Пимен Великий, беседуя однажды со своими учениками, и читая Евангелие, прочитал им слова Спасителя:

“Глаголю вам, что за всякое слово праздное, какое скажут люди, они дадут ответ в день судный. Потому что, – пояснил Господь, – от слов своих оправдаешься, и от слов своих осужден будешь”.

Прочитав эти слова, Авва Пимен сказал ученикам:

“Чада мои, где уж нам оправдаться от наших слов; чтобы не быть осужденными, – будем лучше молчать”.

А другой подвижник – Агафон Великий, 3 года носил во рту камень, чтобы приучить себя молчать: когда язык хотел что-нибудь сказать, – камень напоминал, что, быть может, лучше помолчать или, во всяком случае, сначала, как следует, подумать.

“Сын мой, скажу тебе, – сколько раз я каялся в том, что говорил, и ни разу не раскаялся в том, что промолчал”.

И преп. Сисой Великий – подвижник, который силой своей молитвы воскрешал мертвых, так говорит своему ученику:

“Сын мой, вот уже 20 лет, как я ежедневно утром и вечером молюсь:

“Господи Иисусе, защити меня от языка моего, я ничего с ним сделать не могу!”

Вот как держится этот грех за сердце человека.

Вот потому и молится церковь:

“Положи, Господи, хранение устам моим и дверь ограждения о устнах моих”, чтобы не вылетала из них празднословная, лишняя, грешно осуждающая речь.

И дальше к этим словам добавляются слова, которые далеко не все понимают:

“Не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех”.

Имейте ввиду – прежде всего, что слово “вина” по-славянски имеет иное значение, нежели по-русски:

по-славянски оно означает извинение, оправдание; “непщевать” значит: придумывать, изобретать.

Поэтому, слова “не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех” – означают: не уклони меня в такое лукавство (когда я буду каяться), – не допусти, чтобы я стал придумывать, изобретать оправдания своим грехам…

Вместо того, чтобы истинным, искренним покаянием заслужить у Господа бесконечную милость, – он сам себя начинает оправдывать.

Говоря о каком-либо грехе, он непременно придумывает смягчающие мотивы, стараясь как бы оправдать себя.

И это, к сожалению, бывает очень часто.

А святые угодники учили: не оправдывай себя сам, а то от Господа оправдания не получишь.

Так вот, нужно бояться того, чтобы не придумывать оправдания своим грехам.

Бывает, к сожалению и так, что человек на исповеди сознательно утаивает грехи.

Такой человек лучше бы на исповедь не ходил; пусть он запомнит, что, в случае, если человек идет на исповедь с намерением хоть один грех на исповеди скрыть, утаить, – то он ни в одном грехе прощения не получит, и прибавит ко всему этому ещё один, но более худший грех.

“лгущие на исповеди обыкновенно кончают свою жизнь самоубийством”.

Говение ваше подходит к концу, скоро уже придет тот час, когда придется вам стать на кроткое судилище Господне.

Какова милость Господня! Как она велика!

Как страшен будет тот суд, от которого никто из нас не уйдет, когда воссядет Царь Славы на Престоле Своем!

Он Сам говорил, когда пришел в мир первый раз, что Он пришел не судить мир, а пришел спасти его; но во второе Свое пришествие Он придет уже не спасать, а судить, и грозным и страшным будет Его суд для нераскаявшихся грешников.

Но здесь, в этом милостивом судилище покаяния, Он с любовью ждёт тебя, обременённого грехами, чтобы ты свое бремя тяжкое, греховное сложил у Его ног: здесь Он не осуждает, а прощает.

Оценка 4.1 проголосовавших: 11
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here